No_Censor
*CENSORED* *CENSORED*

VII

В опустившемся на город мраке уже мелькали огни фар, уличных фонарей и рекламных вывесок. Всюду буйствовали краски, звуки, играла музыка, шумели людские массы, спешащие куда-то, несмотря на поздний час, но в маленькой комнате в высоком доме на астрономической высоте царил блаженный покой и звенящая тишина. Два обессиливших и расслабившихся тела лежали друг на друге, лишь вздымаясь и опускаясь при дыхании. В головах не было ничего. Пережитое вынесло напрочь все мысли, переживания и проблемы, оставив после себя только пустоту и умиротворение.

Неизвестно, сколько времени прошло с Того момента, да никто и не думал считать. Это было просто не важно. Леша все так же лежал сверху на Коле и с неподдельным интересом разглядывал его, выражающую вселенское облегчение, морду, которая постепенно расслаблялась и расплывалась в еще более довольном выражении. Бурый уже было подумал, что друг от перенапряжения уснул, но все еще частое дыхание и иногда сжимающиеся кулаки все же говорили об обратном. Долго ждал чешуйчатый, да все же не дождался. Видимо Белый не спешил возвращаться в реальность, но мягкое скользящее прикосновение к груди, плавно поднимающееся через шею к щеке и носу, все же заставило фиолетовые глаза раскрыться и нехотя сфокусироваться. И первое, что они увидел – это была широкая, широкая улыбка, и практически светящиеся, от постоянно сменяющих друг друга эмоций, глаза.

Коля умиленно улыбнулся, глядя на это, а потом подался вперед. Бурый тут же сделал тоже самое, ожидая поцелуя, но вместо этого морда Белого резко ушла в сторону и ушла дальше к самому уху, где раздался новый щелчок зубами. И прежде, чем чешуйчатый упел хоть понять, что происходит, как в его бока довольно таки ощутимо впились когти.

- Я убью тебя самым жестоким образом, который только придумало человечество, – то ли прошептал, то ли прошипел сквозь зубы Коля, выражая всю свою жажду мести одним только голосом.
- За что? – искренне удивился Бурый, который совершенно не понимал, чем заслужил такую кару. – тебе же понравилось. У тебя это на лбу было написано!
- Не спорю. Это было мягко говоря ах…херено, и вот именно за это я тебя и убью, – уже значительно мягче и добродушнее прошептал пушистый и тихо усмехнулся, несильно куснув все такую же напряженную шею клыками. Ему определенно начинало нравиться это делать.

Бурый же в конец запутался и не понимал, был ли это такой сложный высокий комплимент или плохо замаскированная ирония. Этот факт так сильно его загрузил, что укус был просто проигнорирован. Собственно, как и остальные. Из затяжной думы его вырвало только внезапное «ящеротрясение», которое ему устроил Белый вместе с акустической атакой. Короче говоря Коля заметил ступор друга и тряс его за плечи, что-то выкрикивая в ухо.

- А?! А?! Что?! – наконец откликнулся Леша, отстраняясь назад и глядя на хитрую пушистую морду, которая щурилась и сверкала веселыми фиолетовыми искрами вкупе с широкой улыбкой.
- Пошли в душ, а? Чистка нам точно не помешает, – Коля кивнул вниз и чешуйчатый последовал его примеру, опуская глазами. Оба ящера были склеены довольно большим количеством липкой и густой жижи, которая довольно таки пошло хлюпала при скольжении чешуи о чешую.
- Ну не знаю. Мне так не хочется вставать... – спустя пару секунд раздумий выдал Бурый и опустился обратно на теплую грудь, больше явно не желая смотреть на результаты общих стараний. По какой-то причине они начали вызывать у него новое смущение и желание спрятать все это куда подальше, и не вспоминать.
- Ну, нет, друже. Так дело не пойдет. Я не собираюсь завтра щеголять с засохшей и затвердевшей на манер гипсокартона шерстью. Это тебе хорошо. Потерся и пошел. А мне этот атас еще и вычесывать, – Белый перевернулся на бок, практически сбросив с себя Бурого, и слегка грузно поднялся на ноги, правда, при этом чуть не навернувшись.

Но все же сдаваться он не собирался и с дрожащими коленями и закостеневшими мышцами поковылял в сторону ванной, постепенно расхаживая отекшие конечности. Бурый, оставшись в одиночестве на пустой раскиданной и измятой постели, еще чувствовал, как от нее веет теплом, или даже скорее жаром, и то, как быстро его собственное мокрое тело отдает тепло холодной комнате. Сразу же стало одиноко и страшно. Просто страшно, прямо как в детстве, когда боишься остаться один в темной комнате. Скорее всего, именно это необъяснимое и холодящее душу чувство заставило Лешу практически вскочить с кровати и на заплетающихся и собирающих все пороги и косяки ногах, чуть ли не бежать за Белым.

Когда оба ящера оказались в ванной, Коля в первую очередь снова окинул обнаженного, скачущего на одной лапе, при этом держащегося обеими руками за другую, и шипящего от боли друга взглядом, на этот раз изучая его уже в полный рост. И тихо хмыкнув про себя, пушистый направился в душ настраивать воду, а краем уха слушал активную ругань про так необходимое ночное зрение, и про затаившуюся в темноте тумбочку-ниндзя, которая только и ждет момента, чтобы снова покуситься на чей-либо мизинец. Вскоре все было готово, и с потолка в кабине душа ровными мягкими потоками хлынула теплая вода.

Белый развернулся и скрестил руки на груди, деликатно прокашлявшись, давая понять, что словесному поносу пора бы прерваться. Бурый тут же осекся и, чуть прихрамывая, зашел в кабинку. Раньше Коля не понимал, зачем нужен такой большой душ, потому что при желании он мог там лечь в полный рост, но теперь для него все встало на свои места. Для двоих ящеров он оказался в самый раз, так что оба могли мыться и не задевать друг друга локтями. Хотя на хвосты расчета не было, так что они все равно постоянно мельтешили под ногами.

- Лех… Можно тебя спросить? – внезапно разорвал музыку стекающей воды Белый, с легким прищуром глядя на Бурого.

Оба стояли под струями воды в пол-оборота друг к другу и намокали: Коля опустив голову и помогая шерсти вобрать в себя побольше влаги, а Бурый с высоко задранной головой и раскрытой пастью. Набирая в нее воду и активно булькая.

- Задавай, – в перерывах между очередными полосканиями ответил он и снова продолжил делать из себя фонтанчик.
- Ты гей?

От такого поворота событий Леша широко распахнул глаза и поперхнулся, тут же сплевывая воду и начиная судорожно откашливаться. При этом Коля еле сдержал хохот, хотя тут же бросился на выручку и постучал ладонью по чешуйчатой спине.

- Ты, блин, хоть предупреждай! Я ж чуть жабры с перепуга не отрастил! – тяжело дыша и уже скорее нервно откашливаясь, проворчал Бурый, распрямляясь обратно.
- А что ты мне прикажешь делать? Вешать на шею табличку «Внимание! Вопрос ниже пояса!»? – все же не сдержался Белый и расхохотался в голос.
- Ха! Ха! Ха! – иронично вторил ему Бурый, сделав недовольную морду.
- Ну, а если серьезно? Мне просто хочется знать.
- Если серьезно… - Леша призадумался, снова глядя вверх, но уже не разевая рот. – Если серьезно, то скорее всего да. Я никогда сильно не интересовался девушками. Они мне казались какими-то грязными, порочными и злобными. Мне просто не хотелось с ними связываться. Возможно, именно такая философия на их счет почти всю мою сознательную юность и привела к тому, что я в один прекрасный день просто не обнаружил, что не возбуждаюсь от их вида.

В ванной снова воцарилась неловкая тишина. Бурый стыдливо опустил взгляд, а Белый в глубокой задумчивости мылил себе шерсть апельсиновым шампунем, так что быстро все помещение пропахло цитрусовыми почти насквозь.

- Можно тогда еще вопрос? – Коля протянул полупустую бутылку другу, не глядя, все так же смотря куда-то в стенку.
- Может мне лучше присесть? А то от твоих вопросов я скоро лягу, – кисло усмехнулся в ответ чешуйчатый, принимая бутылку и выливая довольно большое количество ароматной мыльной массы себе на голову, начиная втирать ее в перья.
- У тебя был кто-то? В смысле… - Белый не успел даже толком договорить..
- Нет! Я не спал с парнями! – Бурый резко развернулся к собеседнику лицом, при этом так мотнув головой, что часть шампуня просто отправилась в Колю, а отяжелевшая красная шевелюра довольно нелепой челкой прикрыла половину его морды, оставив открытым только один широко распахнутый глаз.
- Да тихо ты! Я понял, понял. Зачем же так орать? – сдержанно фыркнул Белый, убирая прилетевший шматок пены с глаз. – это… тогда получается, что ты девственник… был… до сегодня…
- Хм… Выходит, – заключил остывший ящер, возвращаясь к помывке. – я даже как-то не думал об этом, но да. Выходит, что сегодня был мой первый раз. Забавно. Выходит, я все же добился своего…
- Что, прости?! – теперь пришла очередь Коли метать пену в разные стороны с ошалевшим взглядом, а Бурому - неловко скалиться и уводить глаза в сторону.
- Не-не. Ничего. Так. Мысли в слух… Не обращай внимания. Хы-хы-хы... – Чешуйчатый задрал глаза повыше и стал невинно насвистывать, сгоняя пену с головы на остальное тело, при этом еле сдерживая смех. – А ты? Что насчет тебя?
- А что я? – так же быстро успокоился пушистый, хотя все же легкая недоверчивость в его взгляде все равно осталась. – В зад мне всадили точно в первый раз, если ты об этом. А если в целом, то я еще с Наташей все провернул более чем успешно и не один раз, прежде чем с ней разбежаться. Потом были еще две, но я о них даже вспоминать не хочу. Обозначим их, как Ошибка номер раз и Ошибка номер дваз. Вот…
- Мммм. Понятно, – при упоминании имени на Н, Бурый тут же слегка сник и помрачнел.
- Кстати о ней… - задумчиво протянул Белый, уловив это изменение краем глаза.
- Об ошибке? – с легкой надеждой в голосе уточнил Леша, все еще надеясь, что неприятной темы разговор все же не коснется.
- Нет. О Наташе, – тут же убил все эти надежды Коля, делая руки в боки и пристально уставишись на друга. – если ты гей, то что это вообще тогда была за история? К чему были все эти сцены ревности и прочее? Почему мы вообще разругались в пух и прах на целых три года? Что это, черт тебя задери, такое было?!
- Нуууу… Видишь ли… Ревность реально была… – начал очень вяло тянуть резину чешуйчатый, стараясь как можно медленнее развернуться от сверлящего взгляда, при этом не получив по рогам за такой наглый уход от темы.
- А ну! Прекрати тянуть кота за яйца и рассказывай, – практически ряфкнул на него Белый, так что тот распрямился, как струнка, и вздохнул.
- В общем, я правда ревновал… но не ее к тебе, а наоборот… Но мы ведь друзья. Да еще и очень близкие. Я был уверен, что ты не поймешь, потому пришлось обставить все именно так.
- Глупость какая… А ты мог, не знаю, не ревновать? Ну, или хотя бы не драться со мной из-за этого? Ну, или на худой конец не дуться целых три года?!
- Хехех. Проще сказать, чем сделать. Ты когда-нибудь видел, как тот, кого ты любишь уже не один год, начинает бегать за кем-то другим, как хвостик, и делает вид, что все в порядке? Мне просто было ужасно обидно и больно, и чем дальше, тем хуже все это становилось. В итоге я просто так на тебя разозлился, что не выдержал и полез с кулаками. А потом… а потом… мне было просто… просто я не представлял, как дальше все будет течь так, как и было. Вернее представлял и эти представления мне просто рвали душу. Осознание того, что ты дальше будешь бегать за юбками, а я буду должен лишь сидеть смирно и молча глотать слезы, меня как раз и останавливало. Каждый раз… Каждый сраный раз, когда я рефлекторно хватался за телефон и набирал твой номер. И каждый раз, когда ты звонил сам.

Оба ящера замерли. Бурый с силой сжимал кулаки, глядя в пол с такой тоской, что кафель на нем, казалось, вот-вот треснет и сомнется, а Белый быстро сменил негодующий и пронзающий взгляд на виноватый и потупленный. Теперь ему стало стыдно, что он, пусть и неосознанно, заставлял так страдать друга.

Вода глухо падала на плечи и уходила вниз, постепенно унося с собой всплывшие на поверхность обиды, боли и переживания. Парни прямо таки чувствовали это, как и то, как с каждой секундой ситуация разряжается, а дышать становится легче. Наконец Леша поднял голову и развернулся, выходя из душа.

- Думаю, с меня хватит на сегодня водных процедур…
- Леш… - тихо позвал Белый из-за спины, на что Бурый медленно развернулся, глядя, словно сквозь пустоту.

Тут Коля ухватился за покрытый красными перьями затылок и пятнисто-бурый бок, делая шаг вперед и подтягивая ящера к себе. Он впился губами в губы чешуйчатого, прикрыв глаза, и тут же обнял его за талию, тем самым заставляя прижаться к себе снова. Леша даже пискнуть толком не успел, когда сопротивляться стало уже слишком поздно. Он снова с головой окунулся обратно в только что пережитое, подобное сну, чувство. Он даже привстал на цыпочки, чтобы быть чуть выше Белого, и повернул голову на бок, кладя свои ладони на пушистые шею и плечи, нежно отвечая на поцелуй, уже совсем уверенно и открыто, не стесняясь ничего. И неприятные размышления, под напором урагана эмоций, просто сдались, растворяясь в общем потоке, который проходил уже сквозь ящеров и уносил с собой гораздо более глубокие переживания и сложные жизненные проблемы. Больше не было ничего, что могло заставить Бурого оттолкнуть, а Белого отпустить.

Эта идиллия опять затянулась на продолжительное время, на которое всем, собственно, было плевать. Леша все сильнее наваливался и перенимал инициативу, пользуясь преимуществом порожка от душевой кабины, на который он забрался, чтобы быть, ну совсем, выше Коли, пока просто не вытянулся настолько, что ноги предательски заскользили на мокром пластике и ящер упал в лапы другу. А Белый, как ни в чем не бывало, заулыбался, облизывая губы и глядя в уже совсем сияющие желтые глаза.

- А собственно, зачем мне за кем-то бегать? У меня и так под боком есть вариант гораздо интереснее. Лучше просто и придумать нельзя.
- Угу. Жаль только, что не самка. А то можно было бы совсем разгуляться... – грустно усмехнулся Бурый, хотя все же не прекращал улыбаться и жаться к мокрому и теплому телу, слегка прикрыв глаза.
- Не говори ерунды. Ты тот, кто ты есть и других вариаций мне не надо. Я сказал идеален - значит идеален. И точка, – Белый лишь звонко рассмеялся в ответ и пощекотал когтями чешуйчатый бок, глядя на уже откровенно жмурящегося от свалившейся на голову похвалы Лешу, пытающегося спрятать нос в шерсти на белом плече.
- Пойдем спать? – наконец спросил Бурый, подняв глаза снова и сияя явно покрасневшей мордой, что было видно даже сквозь чешую.
- Ты иди, а я догоню. Я еще не от всех твоих стараний избавился, – загадочно улыбнулся в ответ Коля, помахивая хвостом. – Ложись у меня. А твою постель завтра отстираем.

Чешуйчатый понимающе кивнул и с явной неохотой покинул крепкие объятия, схватив полотенце. Он наскоро высушился, звонко пощелкав чешуей при этом, и взлохматил по уже устоявшемуся обычаю перья, сделав небрежный ирокез, а потом оглянулся назад. Немного полюбовавшись на пушистого, который продолжил плескаться с довольной мордой, ящер умиленно улыбнулся и направился в комнату. На душе были тепло и уютно, словно кто-то раздул тот маленький костерок внутри в большой и яркий очаг, тепло от которого можно было почти почувствовать кончиками пальцев. Бурый даже приостановился в коридоре и прикоснулся к своей груди, чувствуя, как колотиться внутри сердце. Тихо вздохнув, он прикрыл глаза и отдался этому теплу, наслаждаясь им, и не смея даже дрогнуть, чтобы не потерять его.

Не удивительно, что в своей мини-нирване Леша не заметил, как оказался в комнате Белого и ухнулся на широкую мягкую кровать. Там он немного повозился с одеялом, и забрался под него. Постель оказалась большой. Настолько большой, что Бурый даже с непривычки почувствовал себя в ней потерянным. Но вскоре это стало ровно побоку, потому что глаза от усталости и обилия пережитых переживаний стали слипаться. Ящер первое время порывался сопротивляться этому, но все же одеяло свинцовым занавесом неизбежно отрезало сознание от внешнего мира, а Белый не спешил возвращаться. Так что вскоре Леша задремал, обхватив край подушки лапами и прижав к себе со все той же счастливой физиономией.

Коля вернулся действительно нескоро, но уже ухоженный чистый и довольный. Он тут же забрался под одеяло и обнаружил там уснувшего Бурого. Немного подумав, Коля улыбнулся и притерся к Леше, как можно аккуратнее, чтобы не разбудить, обнимая его под лапы, а носом потираясь о шею. Однако чешуйчатый все же среагировал на появление Белого и прижался в нему еще крепче, положив свои лапы сверху на его еще слегка влажные ладони, одну из них утащив себе под щеку. Тихо усмехнувшись, пушистый как можно нежнее куснул чешуйчатое плечо и тут же поцеловал, пальцами поглаживая мордочку засыпающему и сжимая его руку в ответ.

- Спасибо тебе. Ты даже не представляешь, насколько я тебе благодарен за все, – уже на грани сознания прошептал Бурый, из последних сил приоткрывая глаз и глядя на белую и все такую же хитрую морду.

Сердце заколотилось с новой силой, а потом стало медленно, но верно успокаиваться, почти замирая от неверия в происходящее. Леше было слишком хорошо и тепло, чтобы выяснять, почему Белый щурится на этот раз, да и это уже было не важно. Что бы там ни было, ничего плохого уже случиться не могло. Доверие и умиротворение на корню задушили все инстинкты привычки и рефлексы. Все, чего только хотел ящер исполнилось за одну ночь и этот самый настоящий праздник уже не могло испортить абсолютно ничего.

А Коля видел все и чувствовал все. И был счастлив дарить такое благо самому близкому и важному существу на Земле, получая не меньшее удовольствие от выражений морды Бурого. Хотя и в мыслях Белый уже планировал свою «месть», приблизительно назначенную наутро, от того и щурился. А вместе с тем мысли роились и не слишком приятные. Бурый свое отмучался и теперь его моральным мукам пришел конец, а вот у Белого все только начиналось, потому что ему предстояло принять лучшего друга теперь и больше, чем просто другом. Да и оставлять признание в любви односторонним тоже не есть хорошо. И это только верхушка айсберга, и все эти моменты шли в разрез с четко устоявшимися жизненными сводами, которые выстроило сознание Коли. В общем, Коле предстояло многим пожертвовать и много пострадать, чтобы сохранить то шаткое равновесие, которое установилось в ту ночь, чтобы не сделать больно и не быть самому загнанным в угол. Чтобы сделать все правильно…
Но это все потом в таком далеком и нескором будущем, а то что здесь и сейчас есть – это тихо посапывающий под боком парень, которого хотелось прижимать к себе без остановки и чувствовать его дыхание, его прикосновения и его любовь…

Что не говори, но не было бы счастья, да несчастье помогло.




Автор идеи и текста: Николай (Oblomov) Белый.
Редактор: Ксения (Xias) Вахтина.
© J.Haos, 2014.
Главные персонажи «нагло сперты»:
www.furaffinity.net/user/taggcrossroad/
www.furaffinity.net/user/ratharn/

Группа Вконтакте: vk.com/kifirusgrup